Завершилась длительная история с назначением руководителя межтерриториального органа Федеральной службы по финансовому оздоровлению РФ по Сибирскому федеральному округу (МТО ФСФО по СФО). За год на этом посту сменились несколько человек, каждый из которых по тем или иным причинам не устраивал либо руководство ФСФО, либо аппарат полпреда в Сибирском федеральном округе. Недавно на пост главы МТО ФСФО был назначен АЛЕКСАНДР КИКИН, который свое первое интервью в новом качестве дал корреспонденту «КС» НАТАЛИИ БАРСУКОВОЙ.
|
— Александр Юрьевич, насколько сложна сегодня ситуация с банкротствами по стране в целом?
— Сегодня банкротств в России довольно много, из них немало преднамеренных. Если приводить статистические данные, то на 1 июля текущего года в производстве находилось 61 095 дел по банкротству, что почти на треть больше, чем на начало года. Главные причины такой ситуации — несовершенство налоговой системы и законодательства, а также недостаточный уровень подготовки менеджмента на предприятиях. Слабая экономическая и правовая культура также создает предпосылки банкротства — как реального, так и преднамеренного.
— Как на общероссийском фоне выглядит Сибирский федеральный округ?
— Не самым лучшим образом. Среди других федеральных округов СФО в числе «лидеров»: наш вклад в общероссийские банкротства — более 27%. В текущем году подано 35 заявлений о возбуждении уголовных дел в связи с преднамеренным банкротством.
Не радует динамика показателей и по банкротствам Новосибирской области в общероссийской доле: если на начало года доля области была 5,11%, то уже к середине года цифра увеличилась до 6,86%. В процедуре наблюдения по Новосибирской области находится 26 предприятий, а внешнее управление введено на 34.
— Возможно ли предсказать, как ситуация в Сибири будет развиваться дальше?
— Сегодня финансово неустойчивыми являются 308 крупных предприятий Сибирского округа, из них 30 находятся в Новосибирске. Тем не менее не для всех из них характерно значительное ухудшение финансовых показателей. Неплохая ситуация на предприятиях электроэнергетики, цветной металлургии, железнодорожного и трубопроводного транспорта. Хуже финансовое положение в химической промышленности.
— Какие конкретно сибирские предприятия являются наиболее проблемными?
— Я отнес бы к таковым Новосибирский электродный завод, ставший площадкой юридических боев между двумя командами. Существует определение арбитражного суда относительно внешнего управления, которое пытаются обжаловать. «Яблоко раздора» в этой ситуации — кандидатура внешнего управляющего. Предполагаю, что этот вялотекущий конфликт пока будет продолжаться, решение о банкротстве завода отложено.
Другая проблема — Томский нефтехимический комбинат: с 1997 года там назначен арбитражный управляющий, но сегодня идет борьба групп кредиторов, пытаются принять согласованное решение о создании нового предприятия с новой юридической основой.
— На чем вы планируете делать акцент в своей работе?
— Прежде всего на помощи проблемным предприятиям. Чтобы не доводить ситуацию до признания их несостоятельными, приоритет необходимо отдавать досудебной работе. Банкротство — это крайний вариант, тяжелый для всех участников и свидетельствующий о чьих-то недоработках. Мне нравится известная фраза: «Банкротство — это законная процедура, когда деньги кладут в карман брюк, а пиджак отдают кредиторам». Если только речь не идет о преднамеренном банкротстве, то такой «раздел» не приносит пользы никому.
— Какова профилактика банкротств?
— Рекомендации здесь индивидуальны, однако главный фактор — менеджмент предприятия. В зависимости от ситуации необходимо работать по таким направлениям, как реорганизация производства и сбыта, обращение к опыту иностранных конкурентов, стратегическое партнерство, внедрение системы учета издержек на каждый вид производимой продукции, оптимизация инвестиционного планирования.
— Насколько эффективна работа ФСФО?
— На сегодняшний день организацию работы по финансовому оздоровлению нельзя назвать эффективной. Причин тому несколько. Во-первых, отсутствует консолидация усилий ФСФО с такими организациями как Пенсионный фонд, местные органы налоговой службы, фондами медицинского страхования. Проблема координации действий может решиться после принятия нового закона «О несостоятельности (банкротстве)». В ходе его применения ФСФО РФ и мы как межрегиональная организация получим статус уполномоченного органа, и тогда появится правовая основа для централизованного решения вопросов, связанных с банкротством.
Вторая причина — недостаточно эффективная работа территориальных отделов ФСФО в Сибирском федеральном округе — предполагаю, что прежнее руководство уделяло мало внимания их работе. Этим вопросом я планирую заняться в ближайшее время.
Наконец, серьезно осложняет работу затянувшееся принятие нового закона «О несостоятельности (банкротстве)» — его подписание ожидается в конце года.
— Как вы оцениваете проект этого закона?
— В целом положительно: он направлен на защиту должников, однако хотелось бы, чтобы существовала дифференцированная система процедуры банкротства, то есть отдельно прописанные цепочки для различных групп предприятий. Универсальность здесь не нужна. Неоднозначное отношение вызывает предусмотренное проектом закона упразднение лицензирования внешних управляющих. Однако нужно отметить, что отсутствие лицензии компенсируется дополнительными полномочиями ФСФО, заложенными в новом административном кодексе.
— Актуален ли кадровый вопрос для межтерриториального органа ФСФО в Сибирском федеральном округе?
— Для нас это проблема первостепенной важности. Недостатки менеджмента особенно ощутимы в отношении территориальных органов Сибирского региона: я не уверен в профессионализме некоторых руководителей. Кроме того, у меня пока вакантны места заместителей. Нужны специалисты в области финансового права, банковского законодательства, имеющие опыт работы в госорганах. Таких сложно подобрать главным образом потому, что предложить высокую зарплату наша структура пока не может, и не исключено, что придется столкнуться с текучестью кадров.